Категория: Балет

К Станиславскому со своей «Чайкой»

Александр СМОЛЬЯКОВ

Литературная газета, 2007

Джон Ноймайер поставил «чеховский» балет

Музыкальный театр им. К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко выстрелом Треплева убил сразу двух зайцев. Во-первых, основательно встряхнул утомленную постоянными гастролями труппу. Во-вторых, заполучил в свой репертуар самую свежую балетную новинку да еще в постановке мировой знаменитости. О театре вновь заговорили, на горизонте замаячили заманчивые предложения, а солисты поверили в собственные силы.

Собственно, интрига появления «Чайки» Ноймайера на сцене театра, основанного самим Станиславским, гениальна в своей простоте: где же, как не здесь, делать балетную версию сюжета о «старых и новых формах»? Но вот предсказать результат не решались даже самые смелые критики-ясновидцы, тем более что ноймайеровский «Сон в летнюю ночь» в Большом театре, хоть и получил «Золотую маску», но хитом, прямо скажем, не стал.

Декорации «Чайки» аскетичны и… поэтичны. Есть какая-то особенная прозрачность воздуха в пространстве, ограниченном белыми кулисами. В глубине — невысокий помост с экраном, на который проецируется то пейзаж, обозначающий место действия, то геометрические фигуры в духе супрематизма. Спектакль начинается с выхода Треплева. Босиком, в шортах и рубашке он садится на авансцене при горящем в зрительном зале свете и начинает складывать из бумаги птицу. И в этом прологе заключена вся его будущая судьба – с мечтой и разочарованием, верой и предательством, максимализмом юности и ранимостью творца. Дмитрий Хамзин и Алексей Любимов играют Костю по-разному, подчеркивая то мальчишескую влюбленность в Нину (Валерия Муханова и Анастасия Першенкова), то нервозность недоласканного сына. Но и то, и другое вычитывается из чеховской пьесы, все темы которой Ноймайеру удалось непостижимым образом сохранить, хотя, разумеется, ни одного чеховского слова на сцене не произносится.

Перемена профессиональной принадлежности героев предсказуема: Аркадина – балерина, Тригорин – танцующий хореограф, Костя создает модерн-балет… Но как остроумно и тонко Ноймайер пародирует традиционный балетный спектакль в «Смерти чайки» — опусе Тригорина, поставленном в Императорском театре для примы Аркадиной. Вот, во что превратился записанный в усадьбе «сюжет для небольшого рассказа»… Оксана Кузьменко (Аркадина) и Виктор Дик (Тригорин) не жалеют своих героев, показывая беспощадную сатиру, заставляя зал взрываться смехом. Но и грустить, ведь живая человеческая судьба оказывается лишь поводом для очередного «триумфа примадонны».

Несмотря на точное следование сюжету пьесы и изрядную долю иронии, в балете Ноймайера главный акцент сделан на чеховской поэзии. Дуэт Кости и Нины, одетых в белое, полон хрупкости рождающегося чувства. Сохранить его еще сложнее, чем исполнить почти акробатические поддержки, придуманные хореографом. Первое Косте удается, а вот второе – нет. Поэтому он в одиночестве приходит к дачному театрику и жестом на смерть обиженного ребенка переламывает шею одному из тех танцовщиков, что воплощали балет его мечты. Фантомы воображения теряют жизнь один за другим, а Костя просто исчезает в тьме под помостом. Ведь художник гибнет, когда умирает его мечта.

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: